1 033 views

С лица его сбежало радостное оживление.

зуб мудрости

Виктор удивился, но потом сто шестьдесят решил, наверно, он поверхностях  все-таки устал. Ему захотелось вздохнул поглядеть на кольца, генерал которые он сегодня ладонь выточил. Он прошел расплывшееся к станкам, где кольцам процентов шлифовали парткомом внутренний диаметр. Смотрел на них со странным чувством собственности — сколько их! Какие черные, шершавые пришли они к нему, а теперь вон какие нарядные.
Виктор присел. В зеркальных поверхностях отразилось его расплывшееся лицо. В каждом кольце он сам!..
— Поверите ли, как маленький, смотрелся в кольца. Сегодня я, кажется, сто шестьдесят с чем-то процентов дал. Но ведь теперь это не предел! Теперь можно и о многостаночном подумать. А все вы, Дмитрий Петрович!
— Сегодня я, а завтра ты. — Похлопав Виктора по плечу, Воронин облегченно, глубоко вздохнул. С лица его сбежало радостное оживление. Он решил одну задачу для того лишь, чтобы обратиться к решению десятков других, куда более сложных задач.
Он поднялся. Встали Виктор и Савицкий.
— Ты пойди поспи хоть часок, на тебе лица нет, — сказал Воронин Виктору. — А вам, по-моему, нужно с парткомом связаться. Чтоб вторая смена уже имела «молнии». Стенновка нужна, — обратился он к Савицкому.
— Партком уже связался с редакцией, — почтительно глядя на Воронина, доложил Савицкий. — Я, собственно, попрощаться к вам шел, Дмитрий Петрович. Надоели военкомату мои рапорты. Призывают.
Вошла секретарша и сердито сказала, что какая-то
Стародумова из подшефного госпиталя добрых десять минут обрывает телефон и требует, чтоб Воронин взял трубку. Пусть товарищ Воронин скажет, чтобы в сборке не сообщали кому попало его номер, а то работать не дадут.
Товарищ Воронин, это невеста Сванидзе. Она не будет звонить по пустякам, — быстро сказал Савицкий, боясь, что Дмитрий Петрович может рассердиться на Киру.

Оставить комментарий

Посетители сайта
А чтобы вы хотели?